Page 543 - М&Мm

В домах в это время уже зажигали све-
тильники, предпраздничная толчея
была все еще очень велика, и Афраний
на своем муле потерялся в потоке про-
хожих и всадников. Дальнейший путь его
никому не известен.
Женщина же, которую Афраний назвал
Низа, оставшись одна, начала переоде-
ваться, причем очень спешила.
Но как ни трудно ей было разыскивать
нужные ей вещи в темной комнате, све-
тильника она не зажигала и служанку не
вызывала. Лишь после того как она была
уже готова и на голове у нее было темное
покрывало, в домике послышался ее
голос:
– Если меня кто-нибудь спросит, скажи,
что я ушла в гости к Энанте.
Послышалось ворчание старой служанки
в темноте:
– К Энанте? Ох уж эта Энанта! Ведь
запретил же муж ходить к ней! Сводница
она, твоя Энанта! Вот скажу мужу...
– Ну, ну, ну, замолчи, – отозвалась Низа
и, как тень, выскользнула из домика.
Сандалии низы простучали по каменным
плитам дворика.
Служанка с ворчанием закрыла дверь на
террасу. Низа покинула свой дом.
В это самое время из другого переулка в
Нижнем Городе, переулка изломанного,
уступами сбегавшего к одному из
городских прудов, из калитки непри-
глядного дома, слепой своей стороной

-543-