Page 613 - М&Мm

а из-за рыбного гуськом со своими отто-
ченными ножами рысью побежали к
дверям черного хода продавцы.
Сиреневый гражданин, выдравшись из
кадки, весь в селедочной жиже, перева-
лился через семгу на прилавке и после-
довал за ними. Зазвенели и посыпались
стекла в выходных зеркальных дверях,
выдавленные спасающимися людьми,
и оба негодяя – и Коровьев, и обжора
Бегемот – куда-то девались, а куда –
нельзя было понять.
Потом уж очевидцы, присутствую-
щие при начале пожара в торгсине на
Смоленском, рассказывали, что будто бы
оба хулигана взлетели вверх под потолок
и там будто бы лопнули оба, как воздуш-
ные детские шары. Это, конечно, сомни-
тельно, чтобы дело было именно так, но
чего не знаем, того не знаем.
Но знаем, что ровно через минуту после
происшествия на Смоленском и Бегемот
и Коровьев уже оказались на троту-
аре бульвара, как раз напротив дома
Грибоедовской тетки. Коровьев остано-
вился у решетки и заговорил:
– Ба! Да ведь это писательский дом.
Знаешь, Бегемот, я очень много хоро-
шего и лестного слышал про этот дом.
Обрати внимание, мой друг, на этот дом!
Приятно думать о том, что под этой кры-
шей скрывается и вызревает целая без-
дна талантов.
– Как ананасы в оранжереях, – сказал
Бегемот и, чтобы получше полюбоваться
-613-