Page 686 - М&Мm

– Боги, боги! – начнет шептать Иван
Николаевич, прячась за решеткой и
не сводя разгорающихся глаз с таин-
ственного неизвестного, – вот еще одна
жертва луны... Да, это еще одна жертва,
вроде меня.
А сидящий будет продолжать свои речи:
– Эх я, дурак! Зачем, зачем я не улетел
с нею? Чего я испугался, старый осел!
Бумажку выправил! Эх, терпи теперь,
старый кретин!
Так будет продолжаться до тех пор, пока
не стукнет в темной части особняка окно,
не появится в нем что-то беловатое и не
раздастся неприятный женский голос:
– Николай Иванович, где вы? Что это за
фантазии? Малярию хотите подцепить?
Идите чай пить!
Тут, конечно, сидящий очнется и отве-
тит голосом лживым:
– Воздухом, воздухом хотел подышать,
душенька моя! Воздух уж очень хорош!
И тут он поднимется со скамейки, украд-
кой погрозит кулаком закрывающемуся
внизу окну и поплетется в дом.
– Лжет он, лжет! О, боги, как он лжет!
– бормочет, уходя от решетки, Иван
Николаевич, – вовсе не воздух влечет
его в сад, он что-то видит в это весеннее
полнолуние на луне и в саду, в высоте. Ах,
дорого бы я дал, чтобы проникнуть в его
тайну, чтобы знать, какую такую Венеру
он утратил и теперь бесплодно шарит
руками в воздухе, ловит ее?

-686-