Page 32 - ANSAMBL IJROCHILIGI: TARIX, NAZARIYA, AMALIYOT: Хalqaro ilmiy-amaliy seminar materiallari to'plami

Но более точным индикатором служат сами инструменты:
короткая «афрасиабская» лютня (или, как следует из источника XI-
XII вв. н.э., «барбат-и Сугди» [8, с.126, 129]), семиструнная арфа-чанг
(Кафиркала) и арфа (Сиань) «у сян кунхоу» (т.е. пятиструнная) [9,
c. 291], многоствольная флейта – все они упоминаются в хрониках
эпохи Тан в составах ансамблей Kan-guo (Самарканда) и An-guo
(Бухары) при дворе китайских императоров [10, с. 126; 11, 193;
12, 358].
Сочетание лютни и арфы достаточно типично для многих
раннесредневековых изображений. Такой ансамбль присутствует на
оссуариях из Сиваза и Хантепа (Кашкадарья) с явно загробным
сюжетом [13, fig. 6; 14, fig. 7; 15, с. 70-71] (рис. 7) и на вполне светской
картине, где на лютне играет музыкант тюркского облика, а на арфе,
как считается, – сам сабао Ань-Цзе (рис. 8). Под горизонтальной
планкой обозначен короткий штифт для упора – атрибутивный
признак ее среднеазиатского происхождения [16, с.22, 55, 57, рис. 32,
ил. 4; 17, с. 52, рис. 9].
Характерно, что на всех этих изображениях лютни располо-
жены по правую руку центрального персонажа – божества или
правителя (аналог – серебряное блюдо VI-IX вв. [16, ил. 36-37]), – что
говорит об их ведущей роли и, соответственно, сопровождающей
функции арф.

Рис. 7. Лютня и арфа. VI-VII вв. н.э., Сиваз

30