Page 262 - М&Мm

Настала пора действовать, приходилось
пить горькую чашу ответственности.
Аппараты были исправлены во время
третьего отделения, надо было звонить,
сообщить о происшедшем, просить
помощи, отвираться, валить все на
Лиходеева, выгораживать самого себя и
так далее. Тьфу ты дьявол! Два раза рас-
строенный директор клал руку на трубку
и дважды ее снимал.
И вдруг в мертвой тишине кабинета сам
аппарат разразился звоном прямо в лицо
финдиректора, и тот вздрогнул и похо-
лодел. «Однако у меня здорово расстро-
ились нервы», – подумал он и поднял
трубку.
Тотчас же отшатнулся от нее и стал белее
бумаги. Тихий, в то же время вкрад-
чивый и развратный женский голос
шепнул в трубку:
– Не звони, Римский, никуда, худо будет.
Трубка тут же опустела. Чувствуя
мурашки в спине, финдиректор положил
трубку и оглянулся почему-то на окно за
своей спиной.
Сквозь редкие и еще слабо покрытые
зеленью ветви клена он увидел луну,
бегущую в прозрачном облачке.
Почему-то приковавшись к ветвям,
Римский смотрел на них, и чем больше
смотрел, тем сильнее и сильнее его охва-
тывал страх.

-262-