Page 265 - М&Мm

А второе: из какого бы входа Варенуха ни
вошел в здание, он неизбежно должен был
встретить одного из ночных дежурных, а
тем всем было объявлено, что Григорий
Данилович на некоторое время задер-
жится в своем кабинете.
Но долго по поводу этой странности фин-
директор не стал размышлять. Не до того
было.
– Почему ты не позвонил? Что означает
вся эта петрушка с Ялтой?
– Ну, то, что я и говорил, – причмокнув,
как будто его беспокоил больной зуб,
ответил администратор, – нашли его в
трактире в Пушкине.
– Как в Пушкине?! Это под Москвой? А
телеграмма из Ялты?
– Какая там, к черту, Ялта! Напоил пуш-
кинского телеграфиста, и начали оба
безобразничать, в том числе посылать
телеграммы с пометкой «Ялта».
– Ага... Ага... Ну ладно, ладно... – не прого-
ворил, а как бы пропел Римский. Глаза его
засветились желтеньким светом.
В голове сложилась праздничная картина
снятия Степы с работы. Освобождение!
Долгожданное освобождение фин-
директора от этого бедствия в лице
Лиходеева! А может Степан Богданович
добьется чего-нибудь и похуже снятия...
– Подробности! – сказал Римский,
стукнув пресс-папье по столу.
И Варенуха начал рассказывать под-
робности. Лишь только он явился туда,

-265-