Page 510 - М&Мm

в подвал, в намерении расположиться
там у лампы и нищенствовать?
Маргарита отделилась от мастера и заго-
ворила очень горячо:
– Я сделала все, что могла, и я нашептала
ему самое соблазнительное. А он отка-
зался от этого.
– То, что вы ему нашептали, я знаю,
– возразил Воланд, – но это не самое
соблазнительное. А вам скажу, – улыб-
нувшись, обратился он к мастеру, – что
ваш роман еще принесет вам сюрпризы.
– Это очень грустно, – ответил мастер.
– Нет, нет, это не грустно, – сказал
Воланд, – ничего страшного уже не будет.
Ну-с, Маргарита Николаевна, все сделано.
Имеете ли вы ко мне какую-нибудь
претензию?
– Что вы, о, что вы, мессир!
– Так возьмите же это от меня на память,
– сказал Воланд и вынул из-под подушки
небольшую золотую подкову, усыпанную
алмазами.
– Нет, нет, нет, с какой же стати!
– Вы хотите со мной поспорить? – улыб-
нувшись, спросил Воланд.
Маргарита, так как в плаще у нее не было
кармана, уложила подкову в салфетку и
затянула ее узлом.
Тут что-то ее изумило. Она оглянулась на
окно, в котором сияла луна, и сказала:

-510-